ПРЕМЬЕР-ЗАЛКИНОПАРАЛЛЕЛИ

ВСЕ ЭКРАНИЗАЦИИ РОМАНА «ЦВЕТЫ ДЛЯ ЭЛДЖЕРНОНА» ДЭНИЕЛА КИЗА

Лучшая экранизация романа «Цветы для Элджернона»

Американская, американо-канадская, французско-швейцарская, южнокорейская и японская экранизации романа Дэниела Киза «Цветы для Элджернона».

Перевернув последнюю страницу «Цветов для Элджернона» Дэниела Киза, я была абсолютно убеждена, что если вобью в строку поиска слово «экранизации», то их будет наверняка не одна. Такие произведения слишком сильно цепляют за живое, заставляют размышлять, пересматривать свои поступки и взгляды. Что нас делает людьми? Только ли интеллект? В истории об умственно отсталом мужчине, который благодаря достижениям науки обрёл самый высокий уровень IQ в мире, и из-за него же потерял самого себя, автор даёт ответ. Но если бы человечество на каждый вопрос удовлетворялось одним ответом, его эволюция могла и вовсе не произойти. Мы не останавливаемся в стремлении познать себя и одновременно больше всего боимся это сделать. Кто знает, что нам откроется по ту сторону? Потому вполне объяснимо, что фильмы и сериалы на основе этого романа снимались практически во всех частях света: в Северной Америке (США и Канада), в Европе (Франция и Швейцария) и даже на Востоке (Япония и Корея). Не посмотреть хотя бы один из них просто невозможно, но…

Перенесение книги на экран задача всегда сложная, а если вдобавок она написана в виде дневника слабоумного, то сложна вдвойне. В этой ситуации изменения неизбежны. Вопрос в том окажутся ли они оправданы, донесут ли идею книги, получит ли зритель в итоге то, что желает увидеть? Каждый из режиссёров, по-своему взглянул на великое творение Дэниела Киза, а потому определиться с тем, какая экранизация романа «Цветы для Элджернона» является лучшей и почему, можно, лишь рассказав о каждой из них.

ЧАРЛИ [США, 1968]

Кадр из фильма «Чарли» 1968

Кадр из американского фильма «Чарли» 1968 года.

Первыми, кто попытался воплотить произведение на большом экране стали, естественно, американцы. Сюжет фильма был максимально сжат по отношению к первоисточнику: в картине полностью отсутствуют детские годы Чарли Гордона и все члены его семьи, а также взаимоотношения со взбалмошной соседкой Фэй. Сильно урезана психологическая линия главного героя, в частности, мучительное принятие того факта, что гении также одиноки как и слабоумные, а затем резкое угасание интеллекта и жадная борьба за его крохи. Все изменения как грубые мазки на картине: один тут, другой там.

История изобилует отличиями в мелких деталях начиная от разницы в возрасте (актёр, играющий Чарли Гордона заметно старше своего персонажа), пола (в книге доктор Штраус мужчина, а в фильме – женщина), социального статуса (мисс Кинниан стала вдовой), до отдельных событий (например, повод, послуживший причиной увольнения Чарли из пекарни). Но если вначале все привнесённые в сценарий изменения не отклонялись от идеи, заложенной в книге, то после диалога главного героя с учёными на симпозиуме, который был написан с нуля и имеет совершенно другой посыл, различия становятся существенными. Фильм сворачивает в иное русло, а история в итоге получает новую трактовку.

Перекрёстная игра в вопрос-ответ со светилами науки, где главный герой в каждой фразе делает отсылки к роману Олдоса Хаксли «О дивный новый мир», подводит к однозначной черте: прогресс дарит человечеству достаток, удобство и комфорт, но всё это в свою очередь приводит к его деградации и упадку, превращаясь в инструменты оболванивания. Но самое печальное, что, в конце концов, любое изобретение или открытие становится оружием массового уничтожения. Таким образом, образ Чарли Гордона – это олицетворение самой науки, которая в очередной раз потерпела фиаско в попытке найти выход из тупика. Взобравшись на вершину развития Homo Sapiens Чарли Гордон, понимает, что бессилен изменить этот парадокс, а потому его возвращение к себе прежнему становится неизбежным и закономерным.

Безусловно, тема, предложенная создателями фильма, имеет место быть, но книга всё-таки о другом. Кроме того, в картине получилось всё как-то слишком прямолинейно и пафосно: дурачок прозрел и объяснил дядям и тётям простую истину. Смотрится скучно, словно слушаешь урок по обществоведению, который ведёт учитель явно не любящий свой предмет.

Фильм режиссёра Ральфа Нельсона, США, 1968 год. В ролях: Клифф Робертсон, Клэр Блум, Лилия Скала, Леон Дженни.

 ЦВЕТЫ ДЛЯ ЭЛДЖЕРНОНА [Канада, США, 2000]

Кадр из фильма «Цветы для Элджернона» 2000

Кадр из американского фильма «Цветы для Элджернона» 2000 года.

Вторая американская экранизация романа более точна в мелких деталях (например, возраст главного героя), но при этом она ещё более отдалена от первоисточника по смыслу, чем первая. По сути, фильм рассказывает историю человека, который благодаря науке стал нормальным, испытал настоящую любовь, но не смог из-за регрессии болезни остаться с женщиной, тронувшей его сердце. Полностью мелодраматический вариант тоже имеет право на существование, но из сценария были удалены крайне важные эпизоды, которые в романе делали образ Чарли Гордона глубоким, полноценным, объёмным. А нет образа, нет и сопереживания.

Например, в фильме полностью отсутствуют линии сестры Нормы, из-за которой мальчика выкинули из семьи, и отца, сдавшегося под напором жены, не желающей приносить дочь «в жертву» полоумному. Мать мелькает в кадре на пять минут, но она выглядит просто слабой женщиной не сумевшей потянуть заботу о больном сыне, а не жестокой истеричкой, привыкшей всего добиваться любой ценой. При этом большую часть своего экранного времени она молчит и с испугом смотрит на появившегося через много лет сына. Таким образом, у главного героя практически полностью вырваны его детские годы в семье и, соответственно, всё выстраданное им по вине близких людей.

Колкости и унижения со стороны работников в пекарне, которым подвергался Чарли Гордон до операции, показаны, но настолько невнятно и слабо, что вызывают удивление и вопрос: зачем надо было сильно сглаживать? В результате той трагедии и боли, какую он испытал от осознания истинного отношения к нему окружающих в книге – фильм вообще не передаёт. По этой же причине кульминационный эпизод – конфликт Чарли Гордона с доктором Штраусом и профессором Немуром выглядит искусственно притянутым за уши, а главный герой в роли Мэттью Модайна по итогу оказался неубедительным.

 Фильм режиссёра Джеффа Блекнера, США — Канада, 2000 год. В ролях: Мэттью Модайн, Келли Уильямс, Рон Рифкин, Ричард Шеволлье.

 ЦВЕТЫ ДЛЯ АЛДЖЕРНОНА [Франция, Швейцария, 2006]

Кадр из фильма «Цветы для Алджернона» 2006

Кадр из французского фильма «Цветы для Алджернона» 2006 года.

Французская адаптация романа оказалась для меня самой неоднозначной, странной и даже дикой потому как по духу и смыслу она напомнила мне… «Собачье сердце» Михаила Булгакова, настолько здесь всё искажено.

Если говорить о деталях, то место действия перенесено в Женеву, Шарль (Чарли) стал уборщиком в обычной школе, образ мисс Кинниан сценаристы поделили между двумя героинями: женщиной-психологом и учительницей музыки. Взбалмошная Фэй и родная сестра Норма исчезли. Из двух учёных, которые фигурируют в книге, остался только профессор Немур, далёкий от своего самовлюблённого книжного прототипа, а от опасной операции на мозге – внутривенные инъекции.

По атмосфере фильм намного более жёсток и мрачен, чем книга, а главный герой – крайне неприятен. Первое применение обретённым знаниям Шарль находит прямо в школе – начинает решать домашние задания ученикам в обмен на уборку помещений. При этом введённая им система разделения труда по уровню IQ вызывает в нём удовлетворение и гордость, будто он нашёл, наконец, своё истинное призвание и место в жизни (чем не Шариков?). Происходящее доходит до учителей и в результате Шарль теряет работу. Однако перед ним тут же открываются новые возможности для демонстрации своего врождённого эгоизма – Алиса и её родители: общая сцена с ними – это просто апогей унижений и оскорблений людей, которые ему вообще ничего не сделали. К моменту кульминации фильма зрителю объясняется поведение главного героя повышенной чувствительностью от лекарств на прикосновения, запахи и вкусы, но неприятный осадок всё равно уже не исчезает.

Когда Шарль узнаёт о регрессии болезни, то запирается с мышонком дома. Попытки заставить зверька бегать по лабиринту не приносят результата, и тогда он… накрывает его подушкой и душит! Затем сообщает доктору-психологу, что Алджернона больше нет, не едет на симпозиум, не занимается наукой, не пытается понять причину провала эксперимента. Просто запирается дома в ожидании своего обратного превращения. По замыслу сценаристов, внутренней дилеммой главного героя в этой экранизации должен был стать выбор между тем, чтобы остаться подопытной мышью до самого конца или снова стать собой. Он выбрал последнее, но… глядя на титры мне было страшно от собственных мыслей и ощущений: неприязнь и удовлетворение, что Шарль получил по заслугам. Тот редкий случай, когда понимаешь, что болезнь является не наказанием, а благословением.

Единственным плюсом фильма стала игра Жюльена Буасселье – настолько он потрясающе перевоплотился в человека, страдающего олигофренией. Вот только это был не Чарли Гордон, а кто-то другой.

Фильм режиссёра Давида Дельрие, Франция – Швейцария, 2006 год. В ролях: Жюльен Буасселье, Элен де Фужроль, Фредерик ван ден Дрише, Марианн Басле.

ЗДРАВСТВУЙ, БОГ [Южная Корея, 2006]

Кадр из дорамы «Здравствуй, Бог» 2006

Кадр из корейской дорамы «Здравствуй, Бог» 2006 года.

Одновременно с французской лентой на экраны вышла южнокорейская версия истории о Чарли Гордоне. Однако, сразу отмечу, что рассматривать её в качестве экранизации не совсем верно. Дорама «Здравствуй, Бог» снята по мотивам данного литературного произведения и по факту представляет собой некий сплав «Цветов для Элджернона» с романами Ильфа и Петрова «Золотой телёнок» и «Двенадцать стульев». Образ великого комбинатора Остапа Бендера, знавшего «четыреста сравнительно честных способа отъёма денег» на протяжении шестнадцати серий примерят на себя практически все персонажи.

История начинается с афёры, которую провернули матёрый вор, мошенник и любитель азартных игр Хан Кан Су и его новая молодая напарница Со Ын Дже. Но, едва они спустились в гараж, как мужчина тут же сбегает с деньгами в неизвестном направлении. В поисках бывшего теперь «партнёра» девушка отправляется в его родной город. По дороге автобус попадает в аварию. Очнувшись в больнице, Со Ын Дже выдаёт себя за учительницу с которой сидела рядом. Так она оказывается гостем в доме директора школы для умственно отсталых с чужими вещами и документами, а следом ей приходится выйти на работу… в это самое заведение. Один из её учеников – Ха Ру, имя которого переводится как День или Однодневка, оказывается сыном Хан Кан Су.

Далее на экране разворачивается традиционная для корейского кинематографа криминально-романтическая драма: любовь против счета в банке. Врач-нейрохирург Пак Дон Чже, которого в детстве бросила мать, движимый профессиональными амбициями, решает провести уникальную операцию на мозге, сделав слабоумного человека гением. Его вера в успех настолько непоколебима, что глава больницы однажды в шутку назвала его Богом. Впрочем, врач оказался о себе именно такого мнения. В качестве кандидата на операцию он выбирает добродушного Ха Ру. Однако спустя два месяца в головокружительные карьерные планы Пак Дон Чже вмешивается банальная любовь и начинает их разрушать.

Его подопечный Ха Ру влюбляется в Со Ын Дже и ради неё пытается ограбить банк, при этом девушка явно влюбляется в деньги врача, а сам Пак Дон Чже пытается любить мошенницу, чтобы контролировать своё творение. Параллельно начальница больницы активно ищет спонсоров для получения патента, главарь банды преследует Со Ын Дже, чтобы вернуть свои кровные, отец Ха Ру шантажирует врача, грозя обнародовать факт проведения операции без согласия родственников, объявившаяся мать Пак Дон Чже строит глазки очередному богатому кандидату в мужья…

И всё же в итоге любовь оказывается сильнее денег, а потому дорама выглядит немного сказочной. Даже ожидаемо грустная концовка, когда Ха Ру снова становится собой – светлым и добрым парнем с IQ равным 60 – смотрится словно хеппи-энд. Кроме того, как и полагается романтическому жанру в лучшую сторону меняются абсолютно все персонажи.

«Здравствуй, Бог» по-своему красивая история о поиске истинно важного в жизни, об амбициях и самопознании. Однако, как я уже отмечала выше, воспринимать её как экранизацию романа «Цветы для Элджернона» не следует. Это всего лишь вариация на тему известного сюжета, обыгранная совершенно в другом ключе.

Дорама (сериал) режиссёра Чжи Ён Су, 16 серий, Южная Корея, 2006 год. В ролях: Ю Гон, Ким Ок Пин, Ли Джон Хёк.

ЦВЕТЫ ДЛЯ ЭЛДЖЕРНОНА [Япония, 2015]

Кадр из дорамы «Цветы для Элджернона» 2015

Кадр из японской дорамы «Цветы для Элджернона» 2015 года.

В руках японских сценаристов история Дэниела Киза приобрела формат десяти серийной дорамы. На картине сильно отразился теперь уже японский колорит и менталитет. Создатели сериала позволили себе массу отступлений в деталях, частично изменили персонажей, которые фигурируют в книге, добавили массу новых героев и даже несколько любовных линий между молодыми людьми разных социальных слоёв. При этом они крайне бережно отнеслись к идее произведения, не отступив от замысла Дэниела Киза ни на шаг, а лишь немного смягчили его общую тональность. Но самую большую радость доставил мне японский Чарли Гордон – он оказался максимально близким к своему литературному прототипу.

Главного героя картины зовут Сиратори Сакуто, ему 28 лет и работает он в службе доставки цветов, принадлежащей другу его умершего отца. Вместе с другими парнями с поломанной судьбой и криминальным прошлым юноша обитает в общежитии, расположенном на втором этаже магазина. Зная добрый нрав и удивительный талант шутками и смехом мгновенно разряжать накалившуюся обстановку, новоприбывших всегда подселяют к Сакуто. Интеллект шестилетнего не помеха для доброго сердца, способного «срезать шипы с огрубевших душ», но он не уберегает его от чужих шипов.

Особенностью японской версии является отсутствие в ней полностью отрицательных персонажей. Характеры всех литературных антагонистов в картине лучше проработаны и показаны, а потому их легко понять, принять и простить, когда они поступают не самым лучшим образом. Это касается всех друзей главного героя, его матери и сестры, профессора Хатидзуки Дайго (Гарольда Немура), для которого сверхразум – это не возможность покрасоваться перед другими учёными, а способ положить конец разногласиям и войнам.

Отдельной похвалы заслуживает детальная проработка образа главного героя. Внутренняя драма прослеживается на каждом этапе его жизни, начиная от «цветочного состояния», до замкнутого в себе интеллектуала и обратно. Внешние штрихи преображения и угасания Сиратори Сакуто также демонстрируются с хирургической точностью: от подростка-вундеркинда со всё ещё сохраняющимися мимикой и жестами шестилетнего ребёнка до стремительно угасающего гения, с неконтролируемо мелькающей на лице детской улыбкой и дрожащими руками.

Японцы сняли сильный, грустный и проникновенный фильм, подняв тему подлинного счастья человека. Сакуто мечтал стать умным, чтобы дарить радость близким. Но проделав сложный путь до вершины знаний, он понял, что разум без чувств ничто, счастье дарит только любовь. И она всегда была в его сердце.

Отличием от первоисточника является и концовка дорамы. Её финал открыт и даёт надежду на новый этап лечения, воссоединение с коллегами из центра исследования физиологии мозга, семьёй и, конечно, любимой девушкой.

Дорама (сериал) режиссёров Сакая Масахиро и Ёсиды Кэна, 10 серий, Япония, 2015 год. В ролях: Ямашита Томохиса, Тиаки Курияма, Кикути Фума, Такэо Накахара.

Резюмируя своё знакомство со всеми экранизациями романа Дэниела Киза «Цветы для Элджернона», могу сказать, что они получились весьма разными и неоднозначными. При этом ни одна из имеющихся на сегодняшний день картин не является точным аналогом книги. Либо мы имеем серьёзные отступления от идеи произведения и взгляд на историю под другим углом зрения, либо более светлые и даже романтические варианты. Какая из них лучше, а, вернее, какая из них будет приемлема для вас – вопрос личного отношения к книге и допустимости её интерпретации. Для меня американская и американо-канадская версии оказались слабыми, оставили равнодушной. Французско-швейцарская не понравилась в корне. А вот японская картина пришлась по душе и даже заставила в нескольких местах поплакать, хотя от неё я этого вообще не ожидала. Что касается южнокорейской дорамы, то, на мой взгляд, она может приглянуться романтическим натурам, которые принципиально не хотят смотреть экранизацию романа ни в каком виде, но готовы погрузиться в историю с похожим сюжетом.